По автору:

Мысли Аристотеля

Тело достигает цветущей поры от тридцати до тридцати пяти лет, а душа — около сорока девяти лет.

Когда гнев или какой-либо иной подобного рода аффект овладевает индивидом, решение последнего неминуемо становится негодным.

Каждому человеку свойственно ошибаться, но никому, кроме глупца, не свойственно упорствовать в ошибке.

Лучше то, что труднее.

Большинство государств, обращающих внимание лишь на военную подготовку, держатся, пока они ведут войны, и гибнут, лишь только достигают господства. Подобно стали, они теряют свой закал во время мира.

Платон — друг, но истина дороже.

Человек есть существо общественное в большей степени, нежели пчелы и всякого рода стадные животные.

И в горестях и в слезах есть (…) своего рода наслаждение: горечь является вследствие отсутствия любимого человека, но в припоминании и некоторого рода лицезрении его — что он делал и каков он был — заключается наслаждение.

Из двух благ (…) лучше то, что бывает в конце жизни, ибо то, что бывает под конец, в большей степени обладает свойствами цели.

Раб — некая одушевленная собственность.

Из двух вещей приятнее та, которая доставляет удовольствие с меньшей примесью горечи и более продолжительное время.

Не для того мы рассуждаем, чтобы знать, что такое добродетель, а для того, чтобы стать хорошими людьми.

Старость пролагает дорогу трусости, ибо страх есть охлаждение.

[Обижают] и врагов, и друзей, потому что первых обидеть легко, а вторых приятно.

Удивление побуждает людей философствовать.

[Старики] сильно не любят и не ненавидят, но, согласно совету Бианта: любят, как бы готовясь возненавидеть, и ненавидят, как бы намереваясь полюбить.

Почему отец любит сына сильнее, чем сын отца? (…) Потому что сын — его создание. (…) Все бывают благосклонны к тому, что они сами создали.

Признак знатока — способность научить.

Опыт есть знание единичного, а искусство — знание общего.

Нравственный человек многое делает ради своих друзей и ради отечества, даже если бы ему при этом пришлось потерять жизнь.