По автору:

Высказывания, изречения, афоризмы Аристотеля

Мы чувствуем сострадание к людям знакомым, если они не очень близки нам, к очень же близким относимся так же, как если бы нам самим предстояло несчастье; потому-то и Амазис, как рассказывают, не плакал, видя, как его сына ведут на смерть, но заплакал при виде друга, просящего милостыню: последнее возбудило в нем сострадание, а первое ужас.

И забывчивость может вызывать гнев, например, забвение имен, хотя это вещь незначительная. Дело в том, что забывчивость кажется признаком пренебрежения.

Узнать самого себя — это и самое трудное, (…) и самое радостное, (…) но самих себя своими силами мы не можем видеть (…); при желании видеть свое лицо мы смотримся в зеркало (…), при желании познать самих себя мы можем познать себя, глядя на друга. Ведь друг, как мы говорим, это «второе я». (…) Знать себя невозможно без помощи друга.

Мужественным называется тот, кто безбоязненно идет навстречу прекрасной смерти.

Серьезное разрушается смехом, смех — серьезным.

Остроумие есть отшлифованное высокомерие.

Тело должно быть развито, но не посредством изнурительных упражнений и не только в одну сторону, как это бывает у атлетов.

Конечной целью войны служит мир, работы — досуг.

Раб — одушевленное орудие, а орудие — неодушевленный раб.

Совершенно очевидно, что из числа полезных (в житейском обиходе) предметов следует изучать те, которые действительно необходимы, но не все без исключения.

Риторика (…) имеет в виду то, что убедительно для всех (…). Ведь и сумасшедшим кое-что кажется убедительным.

Покупающие власть за деньги привыкают извлекать из нее прибыль.

[Аристотеля] попрекали, что он подавал милостыню человеку дурного нрава; он ответил: «Я подаю не нраву, а человеку».

Мы (…) стыдимся не одного и того же перед знакомыми и незнакомыми.

Добродетель (…) есть некая середина между противоположными страстями. (…) Оттого и трудно быть достойным человеком, ведь в любом деле трудно держаться середины.

Благодетели больше питают дружбу к облагодетельствованным, нежели принявшие благодеяние — к оказавшим его.

Раб предпочитает раба, господин — господина.

Женщины, предающиеся пьянству, рожают детей, похожих в этом отношении на своих матерей.

Шутить надо для того, чтобы совершать серьезные дела.

[Аристотелю] сказали, что кто-то бранит его заочно; он сказал: «Заочно пусть он хоть бьет меня!»