По автору:

Афоризмы Аристотеля

У юношей будущее продолжительно, прошедшее же кратко: в первый день не о чем помнить, надеяться же можно на все.

Большинство тиранов вышли, собственно говоря, из демагогов, которые приобрели доверие народа тем, что чернили знатных.

Все льстецы — прихвостни.

Сострадание [есть] некоторого рода печаль при виде бедствия (…), которое могло бы постигнуть или нас самих, или кого-нибудь из наших близких. (…) Потому-то люди, совершенно погибшие, не испытывают сострадания: они полагают, что больше ничего не могут потерпеть, ибо все уже потерпели.

Полезное есть благо для самого человека, а прекрасное есть безотносительное благо.

Страшны и обиженные (…), потому что всегда выжидают удобного случая [отомстить]. Страшны и обидевшие, (…) потому что они боятся возмездия.

Ирония отличается более благородным характером, чем шутовство, потому что в первом случае человек прибегает к шутке ради самого себя, а шут делает это ради других.

Дружба довольствуется возможным, не требуя должного.

Имеющие опыт преуспевают больше, нежели те, кто обладает отвлеченным знанием.

Ошибаться можно различно, верно поступать можно лишь одним путем, поэтому-то первое легко, а второе трудно; легко промахнуться, трудно попасть в цель.

Вопреки мнению некоторых, не разум — начало и руководитель добродетели, а, скорее, движения чувств.

Толпа о многих вещах судит лучше, нежели один человек, кто бы он ни был.

Одна жрица не позволяла своему сыну говорить политические речи, сказав: «Если ты будешь говорить справедливое, тебя возненавидят люди, если несправедливое — боги». Но можно также сказать, что должно говорить такие речи, ибо если ты будешь говорить справедливое, тебя полюбят боги, если несправедливое — люди.

Ужасное (…) уничтожает сострадание и часто способствует возникновению противоположной страсти.

Есть люди столь скупые, как если бы они собирались жить вечно, и столь расточительные, как если бы собирались умереть завтра.

Преступление нуждается лишь в предлоге.

Речь должна обладать ритмом, но не метром, так как в последнем случае получатся стихи.

Если позорно не уметь владеть своим телом, то не менее позорно не уметь владеть словом.

Смелость есть надежда, причем спасение представляется близким, а все страшное — далеким.

Во время морского путешествия смело смотрят на предстоящие опасности люди, незнакомые с бурями, и люди, по своей опытности знающие средства к спасению.