По автору:

Изречения Александра Ивановича Герцена

Требуйте вместо любви к человечеству ненависти ко всему, что валяется на дороге и мешает идти вперед.

…Любит, потому что любит, не любит, потому что не любит, — логика чувств и страстей коротка.

Жизнь, которая не оставляет прочных следов, стирается при всяком шаге вперед.

Наука требует всего человека, задних мыслей, с готовностью все отдать и в награду получить тяжелый крест трезвого знания.

В науке нет другого способа приобретения, как в поте лица; ни порывы, ни фантазии, ни стремления всем сердцем не заменяют труда.

Театр — высшая инстанция для решения жизненных вопросов.

Люди боятся умственной неволи, но они вдвое больше боятся отсутствия авторитета. Внешний авторитет несравненно удобнее: человек сделал скверный поступок — его пожурили, наказали, и он квит, будто и не делал своего поступка.

Искусство легче сживается с нищетой и роскошью, чем с довольством. Весь характер мещанства, со своим добром и злом, противен, тесен для искусства.

Дружба должна быть прочною штукою, способною пережить все перемены температуры и все толчки той ухабистой дороги, по которой совершают свое жизненное путешествие дельные и порядочные люди.

В природе ничто не возникает мгновенно и ничто не появляется в свет в совершенно готовом виде.

Человек без сердца — бесстрастная машина мышления, не имеющая ни семьи, ни друга, ни родины; сердце составляет прекрасную и неотъемлемую основу духовного развития.

Личности надо отречься от себе для того, чтобы сделаться сосудом истины, забыть себя, чтобы не стеснять ее собою.

Все стремления и усилия природы завершаются человеком; к нему они стремятся, в него впадают, как в океан.

Юность всегда самоотверженна.

Несколько испуганная и встревоженная любовь становится нежнее, заботливее ухаживает, из эгоизма двоих она делается не только эгоизмом троих, но самоотвержением двоих для третьего; семья начинается с детей.

Нельзя людей освобождать к наружной жизни больше, чем они освобождены внутри. Как ни странно, но опыт показывает, что народам легче выносить насильственное бремя рабства, чем дар излишней свободы.

Наука — сила, она раскрывает отношения вещей, их законы и взаимодействия.

Мещанство — демократизация аристократии и аристократизация демократии.

Русское правительство, как обратное провидение, устроивает к лучшему не будущее, а прошлое.

Расточительность носит сама в себе предел. Она оканчивается с последним рублем и с последним кредитом. Скупость бесконечна и всегда при начале своего поприща; после десяти миллионов она с тем же оханьем начинает откладывать одиннадцатый.

Все религии основывали нравственность на покорности, то есть на добровольном рабстве.

В мире нет ничего разрушительнее, невыносимее, как бездействие и ожидание.

1234