По автору:

Изречения Томаса Карлейля

Молчание глубоко, как Вечность; разговоры мелки, как Время.

Искреннюю радость доставляет человеку возможность восхищаться кем-нибудь; ничто так не возвышает его — хотя бы на короткое время — над всеми мелочными условиями, как искреннее восхищение.

Музыка своей мелодией доводит нас до самого края вечности и дает нам возможность в течение нескольких минут постичь ее величие.

Человек не должен жаловаться на времена; из этого ничего не выходит. Время дурное: ну что ж, на то и человек, чтобы улучшить его.

Я не верю в коллективную мудрость невежественных индивидов.

Я думаю, что уважение к героям, в различные эпохи проявляющееся различным способом, является душой общественных отношений между людьми и что способ выражения этого уважения служит истинным масштабом нормальности или ненормальности господствующих на свете отношений.
Я и не претендую на постижение вселенной — она во много раз больше, чем я…

Метафизика — это попытка ума подняться над умом.

Насколько человек побеждает страх, настолько он — человек.

Золотой дождь размывает все границы.

Благочестие и кислая мина — вещи разные.

Самое страшное неверие — это неверие в себя.

Жизнь — короткое, очень короткое время между двумя вечностями…

Если сами мы холопы, то для нас не может быть героев.

Книга — чистейшая сущность человеческой души.

Величие великого человека обнаруживается в том, как он обращается с маленькими людьми.

Речь — удел человека; молчание — удел Бога; но и зверя, и смерти… А потому мы должны постигнуть оба искусства.

Настоящее — это суммарно взятое прошлое.

Из всех прав самое неопровержимое — это право умного (силой ли, уговорами ли) вести за собой дурака.

Если человек знает меру, он знает все.