По автору:

Высказывания Франсуа де Ларошфуко

Самый прекрасный подарок, сделанный людям после мудрости, — это дружба.

Самые смелые и самые разумные люди — это те, которые под любыми благовидными предлогами стараются не думать о смерти.

Мы помогаем людям, чтобы они, в свою очередь, помогли нам; таким образом, наши услуги сводятся просто к благодеяниям, которые мы загодя оказываем самим себе.

Как ни приятна любовь, все же ее внешние проявления доставляют нам больше радости, чем она сама.

Зависть еще непримиримее, чем ненависть.

Добрым делам мы подражаем из чувства соревнования, дурным же — из врожденной злости, которую опыт сдерживал, а пример выпустил на волю.

Сострадание — это нередко способность увидеть в чужих несчастьях свои собственные, это — предчувствие бедствий, которые могут постигнуть и нас.

Тщеславие заставляет нас поступать противно нашим вкусам гораздо чаще, чем требование разума.

Мы выиграли бы в глазах людей, если бы являлись им такими, какими мы всегда были и есть, а не прикидывались такими, какими никогда не были и не будем.

Мы часто клеймим чужие недостатки, но редко, пользуясь их примером, исправляем свои.

Ограниченность нашего ума приводит к упрямству: мы неохотно верим тому, что выходит за пределы нашего кругозора.

Как бы ни был проницателен человек, ему не постигнуть всего зла, которое он творит.

Все страсти вообще заставляют нас делать ошибки, но самые смешные из них заставляет нас делать любовь.

Не будь у нас недостатков, нам было бы не так приятно подмечать их у ближних.

Никакое притворство не поможет долго скрывать любовь, когда она есть, или изображать — когда ее нет.

Иные достоинства подобны зрению или слуху: люди, лишенные этих достоинств, не способны увидеть и оценить их в окружающих.

Любовь, подобно огню, не знает покоя: она перестает жить, как только перестает надеяться или бояться.

Настоящая дружба не знает зависти, а настоящая любовь — кокетства.

Нет более несносных глупцов, чем те, которые не совсем лишены ума.

Люди не только забывают благодеяния и обиды, но даже склонны ненавидеть своих благодетелей и прощать обидчиков. Необходимость отблагодарить за добро и отомстить за зло кажется им рабством, которому они не желают покоряться.